Подпишитесь!

Размышления о макроэкономике и спекуляциях

Дефолт и гиперинфляция уже за поворотом


30 марта 2010 г.

Современный глобальный финансовый кризис заставит переписать много учебников по экономике и финансам. Хотя и не сразу. Потому что финансовая элита до сих живет в своем вымышленном мире. Например, еще совсем недавно полубог на земле, а сегодня экс-маэстро в опале Гринспан вновь вышел на публику со своими аналитическими откровениями по поводу кризиса, пытаясь восстановить свою безнадежно испорченную репутацию человека, хоть в чем-нибудь разбирающегося. В частности на странице 17-ой он начинает философствовать о природе наводнений:

Столетние наводнения приходят только раз каждые сто лет.

Если бы Скромное мнение читало данные откровения в переводе, то оно решило бы, что данная фраза наверняка оказалась “потерянной в переводе”. Но это был не тот случай…

Философские потуги про наводнение демонстрируют продолжающееся полное отрицание реальности, а также катастрофическую неспособность выстроить какое бы то ни было обоснование собственной позиции. Столетние наводнения не обязаны приходит раз в каждые сто лет. Они называются столетними, потому что они происходят в среднем один раз в сто лет. Они могут приходить десять раз каждые десять лет, а потом оставить мир в спокойствии на следующие 900 лет. И если наводнения являются результатом рук некой внешней силы, то финансовые кризисы являются результатом рук человеков. Особенно тех человеков, которые упорно продолжают отрицать свою причастность и демонстрируют нежелание сделать какие-либо выводы.

Учебники будут переписаны. Потому что возрастающие с каждым днем свидетельства интеллектуального банкротства современной экономической мысли уже не дадут спасть спокойно.

Последним свидетельством в этом списке “столетних наводнений” стало превышение доходности 10-летних государственных облигаций США над 10-летними процентными ставками межбанковского рынка по доллару США: (зеленая кривая – кривая доходности государственных облигаций, а оранжевая кривая – кривая доходности на межбанковском рынке):

image

Опуская технические детали, для людей, непосвященных в премудрости процентного и денежного рынков, это должно означать, что банки в Лондоне готовы платить/получать друг у друга меньший процент, чем дает доходность соответствующих государственных облигаций правительства США. Впервые в финансовой истории разница между двумя ставками стала отрицательной:

imageПримечание: для полноты картины следует отметить, что аналогичная ситуация с 30-летними процентными ставками, как это видно на первом графике, не вызывает особенных вопросов и имеет достаточное количество технических и иных причин. Однако, в случае 10-летних ставок эти причины становятся недействительными хотя бы потому, что рынок 10-летних ставок является в бесконечное количество раз более ликвидным.

Рынок государственных облигаций США является самым объемным и ликвидным долговым рынком в мире. Рынок процентных ставок (или на финансовом жаргоне процентных свопов) является самым большим и ликвидным рынком деривативов (около 137 трлн долларов только по доллару США в номинале). Поскольку размер процента по любому обязательству включает в себя риск дефолта контрагента, то на взгляд двух самых эффективных рынков в мире правительство США имеет большую вероятность дефолта, чем банки, которые оно еще не так давно спасало от банкротства.

Скромное мнение еще может понять, когда корпорация Макдональдс имеет меньшую вероятность дефолта по сравнению с американским правительством, но чтобы банки-зомби, которым не всякий разумный человек доверит сохранить 10 баксов …

Тем не менее у любителей поистерить сразу же началась истерика а-ля: правительство США уже практически не жилец на этом свете. Или вот в таком ракурсе: если дефолт завтра еще не наступит, то умопомрачительный объем требуемого для покрытия дефицита бюджета финансирования вынуждает инвесторов требовать более высокую доходность сейчас, что приведет к практически неизбежному дефолту послезавтра. В любом случае сон неолибералов становится очень нервным и неглубоким.

К счастью, Бернанке на этот раз проявил мужество и честность. После выступления Бернанке 24 февраля на слушаниях в Конгрессе США перед Комиссией по сектору финансовых услуг последовала сессия вопросов и ответов. На вопрос:

Barney Frank: Do you think there is any realistic prospect of America’s defaulting on its debt in the near future? (Считаете ли вы, что существует некая реальная вероятность дефолта США по своим долгам в ближайшем будущем?)

Бернанке ответил:

Bernanke: Not unless Congress decides not to pay (Нет, только если Конгресс решит не платить)

Ох…

Иной раз Бернанке надо будет задать следующие важные вопросы, на которые очень интересно было бы услышать такие же честные и односложные ответы:

  • считаете ли вы, что финансовые рынки должны управлять и держать правительство и Конгресс США в страхе (например, относительно процентных ставок по облигациям)?
  • считаете ли вы, что частная форма банковской системы безусловно является более предпочтительной (по сравнению с муниципальной)?
  • считаете ли вы, что любая деятельность банков помимо простого кредитования приносит пользу реальной экономике (в виде созданного реального ВВП)?

Тем не менее, весь мир узнал, что дефолт США по экономическим причинам невозможен.

Мило, но после потери этого рубежа обороны неолибералы обычно отходят на запасной рубеж и применяют новое психотропное оружие – гиперинфляцию. При этом случай с Японией, которая уже 20 лет мучается в дефляции, отбрасывается как непоказательный, потому что кто их, этих японцев поймет?! Вместо этого приводится пример Зимбабве, которая географически находится немного ближе и, видимо, имеет более тесные корни в менталитете.

Здесь непосвященным слушателям очень легко перенести на себя опыт бедных зимбабвийцев, потому что картинки с изображениями зимбабвийских долларов повсеместно упоминались в разделе экономических курьезов даже неэкономической прессы. Скромное мнение не могло удержаться от соблазна и купило себе на память 180 триллионов зимбабвийских долларов за приблизительно 15 евро с учетом пересылки. Как легко подсчитать, обменный курс с учетом пересылки составил приблизительно 10 триллионов их долларов за 1 евро – очень удачное приобретение!

Тем не менее, уже после прочтения первых двух и единственных параграфов на википедии в разделе “исторический контекст” соответствующей статьи возникает, вопреки нобелевским утверждениям М. Фридмана, сомнение в монетарности причин гиперинфляции в Зимбабве. В частности:

Since the introduction of land reforms in the early 1990s, hyperinflation and the collapse of the Zimbabwean economy … blame his land reform policies focused on taking land from white farmers and redistributing it to blacks … However, [… others …] maintain that this economic collapse is a result of the international sanctions … the US, the EU and Australia, which they call illegal and claim are directly harmful to the economy

Скромное мнение сократило цитату, но желающие могут поинтересоваться у источника. В целом же мысль заключается в следующем: гиперинфляция была результатом коллапса экономики вследствие неумелых реформ рынка земли или результатом международных санкций со стороны США, ЕС и Австралии, которые причиняли прямой вред экономике.

В другой важной неолиберальной истории – Веймаровской Германии – гиперинфляция была вызвана международными санкциями, наложенными в рамках Версальского договора на Германию в пользу победителей в Первой мировой войне, и которые лишили Германию существенности части производственной экономики, а также вынуждали выплачивать дань денежную компенсацию победителям.

Еще в одной, близкой для русскоязычной аудитории, истории – развале СССР – гиперинфляция была вызвана этим самым развалом внутренней экономики.

Во всех этих важных для неолибералов случаях гиперинфляция была вызвана коллапсом экономики предложения, в то время как кушать все равно хотелось, и цены росли независимо от количества денег в экономике. Правительства были вынуждены “печатать” деньги в первую очередь, чтобы обеспечить функционирование государственных институтов, выплачивая зарплату адекватную установившимся ценам. Поскольку проблемы экономики не решались, и спрос все продолжал превышать предложение, то цены росли и дальше, зарплаты увеличивались еще больше и так далее.

Неолибералы всегда были слабы в истории, потому что единственная “наука”, которая их интересовала, это их собственные около-экономические фантазии на математическую тему. Вопреки историческим фактам они продолжают утверждать, что:

Причиной гиперинфляции считаются правительства, из-за покрытия государственных расходов за счёт эмиссии (выпуска) новых денег, чем подрывают доверие населения к своей валюте. Банкноты утрачивают свою стоимость и население старается избавится от них как можно быстрее.

Население не старается избавиться от банкнот как можно быстрее, а старается приобрести продукты питания как можно быстрее, потому что вполне возможно что завтра их уже купить не удастся.

Скромному мнению не хочется впутывать эмоции, но в памяти упорно всплывает картинка из далеких 90-х с женщиной, работавшей на двух работах и радовавшейся тому, что в приближении некого праздника сможет купить курицу и устроить детям праздничный ужин. Вот такая экономика может и описываться явлением гиперинфляции. А в ситуации, когда треть населения страдает от ожирения, небольшое нарушение в производстве продуктов питания может только пойти на пользу системе медицинского страхования и обслуживания. Однако развитым странам вряд ли придется мучатся от голода, хотя страхи гиперинфляции еще сильны.

Экспорт – это издержки, а импорт – это выгода


22 марта 2010 г.

Экспорт спасет отца мировой демократии (а-ля Б. Обама)

Импорт спасет будущего отца восстановления мировой экономики (а-ля П. Кругман)

Все монетаристы в детстве, видимо, были очень несчастными детьми, у которых не было игрушек и о которых никто не заботился, и они вынуждены были проводить время, созерцая даже не звезды, а стены своих комнат. Иначе Скромное мнение затрудняется объяснить их склонность к депрессиям и необоснованному выражению агрессии.

Уже Пол Кругман, последний лауреат Нобелевской премии по экономике, подключился к атаке на Китай по поводу обменного курса юаня к доллару, пытаясь завербовать при этом весь остальной мир, а именно:

Политика Китая, удерживающего юань недооцененным, стала существенным тормозом для восстановления мировой экономики. Что-то должно быть сделано.

Логика профессора является следующей: «большая часть мировой экономики находится в очередной фантазии монетаристов (ловушке ликвидности), из которой она не может выбраться, снижая процентные ставки, которые уже находятся у нуля. Китай, стимулируя необоснованный положительный торговый баланс, фактически является анти-стимулом для этих экономик, который они не в состоянии компенсировать.»

Но позвольте?! Как это необоснованный? Бедный Китай, привязав валюту и занимаясь экспортом, делает именно то, что всегда прописывали и продолжают прописывать развивающимся странам МВФ, Всемирный банк, ВТО и т.д. Как же они теперь виноваты?

И что же профессор предлагает? Ввести тарифы на импорт в размере 25%!

Вот монетаристы и приплыли. Вся их теория свободной торговли, за вклад в понимание которой профессор Кругман получил Нобелевскую премию, идет в топку. (Хотя академический фокус профессора был сфокусирован на барьерах в свободной торговле, которые давали развивающимся странам конкурентный эффект.)

Торговая проблема Китая состоит из двух частей. Часть первая – фиксированный обменный курса юаня к доллару. Часть вторая – заблуждения неолибералов относительно выгодности экспорта и затратности импорта.

Начнем с первой и короткой части. Во-первых, курс юаня фиксирован только к доллару США, т.е. для всех остальных развитых стран курс национальной валюты к юаню является плавающим. Поэтому проблемы торгового баланса, если они и есть, решаются через коррекцию обменного курса. Так что профессор Кругман очень сильно преувеличивает проблемы мировой экономики. Например, в текущем кризисе суверенная страна Австралия выступила исключительно хорошо и никаким образом не может жаловаться на Китай. Приблизительно в эту же категорию попадает суверенная страна Япония, хотя в их случае уже давно все не так просто. В конце концов, гипотетический тормоз мировой экономики напрямую связан с двигателем мировой экономики – американцем Джо. Так может профессору Кругману стоило бы для начала поискать в своем огороде?

В этом плане даже президент США разбирается в экономике лучше профессора. В частности Б. Обама в обращении к нации заявил:

В-третьих, мы должны экспортировать больше наших товаров (аплодисменты). Потому что чем больше товаров мы делаем и продаем в другие страны, тем больше рабочих мест мы поддерживаем здесь, в Америке (аплодисменты). И сегодня мы ставим новую цель – удвоить наш экспорт за следующие пять лет, что создаст два миллиона рабочих мест в Америке (аплодисменты).

Годзилла возвращается... КПСС какой-то, но тем не менее явно отдает бОльшим разумом, чем фантазии профессора, которые он осмеливается выносить на публику.

Однако, на эту тему уже и помимо Скромного мнения было высказано многими многое, и поэтому дополнительное засорение дисковых массивов компании Гугл (реклама отсутствует) не представляет собой особенной содержательной ценности. Следовательно, перейдем к части второй – проблемности экспорта и ценности импорта.

Нет, это не опечатка. Экспорт есть издержки, а импорт есть доходы. Но начать стоит, как всегда, издалека, а именно с определения термина «торговля».

В типичном учебнике макроэкономики торговля и ее выгоды демонстрируются на примерах крестьян или фермеров, меняющих мясо на зерно или что-нибудь подобное. В какой-то момент времени производители-торговцы понимают, что бартерный обмен накладывает существенные транзакционные издержки, и изобретают деньги. Однако использование денег также дало возможность разделить во времени момент продажи и покупки товаров, что приводит к дисбалансу спроса и предложения товаров в экономике, т.е. фермер, продавший зерно, может не тратить весь свои доход на покупку мяса сейчас, а сберечь часть денег «на потом».

В неоклассической экономике проблемы, возникающее в связи с дисбалансом спроса и предложения, решаются через доктрину ссудного капитала. Согласно этой доктрине возросшие сбережения приводят к снижению процентных ставок, что стимулирует инвестиции в производство (зерна), росту производства и падению цен на зерно относительно мяса, выравнивая в итоге баланс спроса и предложения в экономике. В рамках мировой торговли этот процесс приводит к перераспределению капитала между странами, позволяя всем участвующим странам извлекать пользу от возросшей эффективности использования ресурсов. До тех пор, пока какая-нибудь страна будет обладать сравнительным преимуществом в производстве некого товара, все страны могут выиграть от проведения взаимной торговли.

В данном упрощенном взгляде на мир происходит подмена понятий: изначальный процесс обмена подменяется более широким термином торговли. Не всякая торговля является обменом, но всякий обмен является торговлей. Для того, чтобы понять какое значение это имеет для мира за окном, необходимо лишь признать, что с момента издания конкретного учебника макроэкономики мир в процессах торговли ушел намного дальше.

В рамках представленного выше объяснения торговли (обмена) сам процесс торговли можно выразить посредством Т – Т‘, где Т и Т‘ представляют соответственно зерно и мясо. С введением денег процесс торговли уже описывается посредством Т – Д – Т‘. Однако в капиталистической экономке, как это отметили еще незабвенные Карл Маркс и Джон Кейнс, указанная выше форма торговли описывает действия частных домохозяйств феодально-бартерного общества. Современной бизнес действует совершенно по иному принципу:  Д – Т – Д‘, т.е. деньги делают товар, который делает еще больше денег. Таким образом, в денежной экономике экономический процесс направлен не на производство товаров, а на производство прибыли. Он начинается с долга, который тратится на приобретение ресурсов, включая труд, и приводит к созданию продукта. Сам по себе продукт не имеет ценности для бизнеса и должен быть проконвертирован опять в деньги с целью погашения изначального долга.

Все это, конечно, очень интересно, но какое значение это имеет для части второй поставленной выше проблемы международной торговли? Здесь стоит вернуться к всезнающим монетаристам, МВФ и Ко., но для начала потребуется еще один экскурс в историю денег и торговли.

К тому моменту, когда активно начала развиваться международаня торговля, мир уже уверенно существовал в системе золотого стандарта, и напечатанные государством банкноты могли быть свободно конвертированы в золото. В рамках этой системы расчеты между государствами проводились золотом. Сначала золото переправляли на кораблях из страны с дефицитом торговли в страну с профицитом торговли. Однако с развитием банковского дела процесс расчетов между государствами упростился до перевоза тележки с золотом в хранилищах крупнейших банков из комнаты с табличкой на двери «Страна А» в другую комнату с табличкой на двери «Страна Б».

Страна, получавшая золото, получала также возможность выпустить больше денег, что при отсутствии роста производственных мощностей приводило к инфляции и делало экспорт менее привлекательным для иностранцев, а торговый баланс корректировался. Страна, отправляющая золото за границу, вынуждена была сокращать объем денег в собственной экономике и через дефляцию, рост безработицы, падение производства и доходов, выравнивала свою конкурентоспособность с остальным миром.

Первая мировая война привела к развалу золотого стандарта и денежному хаосу во многих странах мира (достаточно вспомнить Великую депрессию в США или гиперинфляцию в Веймаровской Германии). После Второй мировой войны были созданы МВФ и Бреттон-вудская система, которые устанавливали золото-обменный стандарт, при котором курсы валют фиксировались к доллару США, курс которого был фиксирован уже к золоту.

Следствием этой системы являлось то, что государство вновь могло увеличить предложение денег (проводить расходы) только приобретая новое золото (поскольку количество долларов в мире изменять может только государство США). Любые иные расходы государства должны быть финансированы через налоги или выпуск облигаций.

Операционно система с фиксированным обменным курсом работает следующим образом. Владельцам национальной валюты доступны следующие опции:

  1. Держать кэш или беспроцентный депозит в банке в национальной валюте
  2. Обменять деньги на:
    2a. государственные облигации, приносящие процентный доход
    2b. доллары США или иную валюту, по отношению к которой фиксирован курс национальной валюты

Банки, имеющие избыток резервов в центральном банке, как всегда стремятся максимизировать свою выгоду и будут выбирать между 2a и 2b. Их выбор будет обусловлен ожидаемой доходностью каждого из вариантов. Следовательно, центральный банк, защищая установленный обменный курс, вынужден делать опцию 2a более привлекательной через рост доходности государственных облигаций. Таким образом, при фиксированном обменном курсе процентные ставки в национальной валюте положительным образом зависят от спроса на резервную валюту (доллар).

Формально, система с фиксированным обменным курсом ничем не отличается от золотого стандарта. Отток резервных активов (доллара или золота) приводит к росту процентных ставок, сокращению инвестиций, росту банкротств, безработицы и так далее. Таким образом, особая забота о торговом балансе в странах с фиксированным обменным курсом является рациональным следствием самой системы обменного курса.

Монетаристы из МВФ под маркой «свободной» торговли придумали множество различных вариантов валютного экономического мазохизма (например, валютный совет, привязка национальной валюты к корзине валют основных торговых партнеров, и т.д.), но результат был всегда один – страна начинала беспокоиться о состоянии собственного торгового баланса и стремиться к его положительному результату, поскольку только он может дать надежду на некую экономическую стабильность.

Итак, плавающий обменный валютный курс является необходимым, но не достаточным условием освобождения от экспортной зависимости. Достаточным же условием является финансовая стабильность национального частного сектора, проблемы которого Скромное мнение уже не раз рассматривало в разных ракурсах на данных дисковых пространствах (например, тут и тут). В частности, бухгалтерские принципы национального счетоводства требуют выполнение следующего равенства:

Баланс национального частного сектора = Дефицит бюджета + Баланс текущего счета

Положительный баланс национального частного сектора означает, что частный сектор тратит меньше своих доходов, что позволяет ему сберегать. Частный сектор может находится и в дефиците, увеличивая свою задолженность, но данная ситуация является неустойчивой и рано или поздно частный сектор вынужден будет привести свои расходы в соответствие со своими доходами. В целом же национальный частный сектор может сберегать только если:

  1. дефицит бюджета превышает дефицит баланса текущего счета
  2. профицит текущего счета является настолько большим, что превышает профицит бюджета
  3. бюджет находится в дефиците и баланс текущего счета является положительным

В реальной жизни данная зависимость, т.е. правая часть уравнения выше выглядит в случае США следующим образом:

image Очевидно, что полная деградация баланса национального частного сектора в США началась посередине правления Клинтона (хваленые профициты Клинтона). К середине правления Буша-младшего баланс практически вернулся к нормальному состоянию, но затем разворачивающийся жилищный бум вновь вернул его в состояние уверенного дефицита. И вот, после приблизительно 15-ти лет в дефиците, частный сектор в 2009 году решительно вернулся в положительное состояние, повергнув при этом экономику в хаос.

Но вернемся назад к торговле…

Итак, уважаемый профессор считает, что положительный экспорт Китая является анти-стимулом для развитых экономик. А многие самопровозглашенные эксперты также считают, что когда Китай передумает финансировать дефицит бюджета США, то над США сразу же раскроется черная дыра, всасывающая в себя все живое на планете. Ну и так далее по тексту.

Но это нонсенс. В то время как ранее дефицит торгового баланса сопровождался реальными потерями если не в экономике, то в запасах золота, в системе бумажных ничем-не-обеспеченных денег и плавающих обменных курсов дефицит текущего счета (экспорта-импорта) может возникнуть только в том случае, если зарубежный сектор желает аккумулировать финансовые активы, номинированные в валюте страны, имеющей дефицит текущего счета. Это желание вынуждает страну-экспортер лишать своих граждан результатов своего труда и ресурсов, грузить их (результаты и ресурсы) на корабль и отправлять их другим людям, которые получат пользу от потребления данных результатов труда и ресурсов.

Дефицит торговли означает, что выгода (импорт) превышает издержки (экспорт). Но он также означает согласие граждан страны-импортера “финансировать” желание экспортеров сберегать в национальной валюте. Этот факт переворачивает логику стандартных учебников макроэкономики вверх ногами, потому что в системе бумажных денег импорт “обменивается” на записи в неких компьютерах, в то время как экспорт является реальной стоимостью реальных ресурсов.

Дефицит текущего счета будет существовать так долго, как долго иностранцы будут желать сберегать в национальной валюте. И для того, чтобы национальная экономика не начала разваливаться, государство должно за счет дефицита бюджета стимулировать агрегированный спрос в размерах, позволяющих частному сектору в том числе сберегать.

Когда иностранный сектор передумает сберегать в национальной валюте, дефицит текущего счета естественным образом нормализуется. Данный процесс может быть болезненным (т.к. страна-импортер уже привыкла к получаемым излишкам благам) и быстрым, но понимание настоящих причин позволит выработать действенную стратегию борьбы с ними. А дефицит бюджета, являющийся переменной, зависящей от решений частного сектора, также естественным образом сократится как следствие бухгалтерского равенства выше.

Так что профессору Кругмана надо предлагать не лишать своих сограждан, испытывающих в данный момент огромный экономический стресс, элементарных радостей, импортированных из Китая, а предложить правительству заняться наконец-то макроэкономическим делом, а не глупостями в перетягивании каната с банковским или фармакологическим сектором.

Качество гарантировано


14 марта 2010 г.

Быстро и качественно Минимизируем Ваши Финансы в нашу пользу – лучшие рецепты от МВФ.

ЕВФ - новая и улучшенная рецептура! Евакуируем Ваши Финансы в наши карманы.

Наша история гарантирует вам много боли и мало толка. Качество гарантировано! Спешите!

У Скромного мнения кризис творчества. В стране мечты (США) все так хорошо, как будто на дворе стоят лучшие времена гринспановских бумов. ВВП растет так, как уже очень давно не рос. Розничные продажи тоже отрицают (строчки 19-21) силу притяжения и мнения экономических предсказателей. Складские запасы продолжают падать (строчки 13 и 23), но на этот раз уже потому, что продажи растут слишком быстро. И даже торговый баланс оказался не таки ужасным (строчка 15) – явно экспорт-импорт налаживается (с Китаем?):

image Единственное, что не укладывается в голове, это почему же тогда дефицит бюджета зашкаливает (строчка 14 вверху):

imageСовершенно непонятно, продолжает разваливаться американская экономика или нет, и как долго политики смогут смотреть на графики дефицита бюджета. Ведь судя по всему, текущий год сможет еще и фору дать предыдущим 1.4 трлн долларов, а осенние выборы-то приближаются, и истерика будет только нарастать.

Уже в который раз, когда нет никакого желания даже интересоваться направлением движения американской экономики, старая Европа подкидывает тему для спекуляций. На этот раз главной темой недели стал ЕВФ – Евакуируем Ваши Финансы в наше надежное место. Или точнее Европейский Валютный Фонд.

Генераторов подобных идей хватало во все времена (чего стоит только гербалайф и т.п.), но старт последнему раунду был дан двумя интеллектуалами голубой крови из Центра Европейских Политических Наук, выпустивших, видимо, на деньги Евросоюза, в начале февраля опус на тему “В направлении к Евро(пейскому) Валютному Фонду”. Успех был ошеломляющий – на радио, телевидении, в журналах и газетах. Единственное чего не хватало, так это версии в 3D. Продюсеры уже нашли бюджет на сиквел, а в умах сценаристов даже бродят планы о трилогии.

Скромное мнение готово сэкономить время интересующимся – читать этот бред нет никакой необходимости, хотя местами было вполне даже весело.

Например, в самом начале сценаристы Грос и Майер ссылаются на всеобъемлющую мудрость “глаз финансового рынка”, которые видели (очевидно в начале февраля) вероятность дефолта Греции в течение 5 лет в размере более чем 10% при 30%-ных потерях инвесторов. Скромное мнение готово рекомендовать авторам в продолжении сериала сослаться не на 5-ти летний срок, а на один год, тогда мудрость рыночных глаз будет еще больше, а вероятность дефолта и потери инвесторов еще выше. Но возможно поезд уже ушел: оранжевая линия – временная структура CDS Греции на момент выхода вышеуказанного опуса, зеленая – в настоящее время:

image Хотя с другой стороны, Скромное мнение затрудняется понять, как стоимость страховки может падать с ростом срока страховки. Возможно финансовые рынки просто проводили маркетинговую кампанию для частных инвесторов – “покуйте у нас страховку от дефолта Греции на год и страховку на второй год получите на 20% дешевле. С нами вы в безопасности!” Или может Греция получает (не)дефолтные пункты: год без дефолта и на следующий год бонус, провели дефолт – тогда малус. Но никаких спекуляций – только бизнес.

Далее сценарий закручивается еще драматичнее. Полностью отрицая недостатки системы евро, два писателя предлагают спрятать жизненную уязвимость существующей системы евро за стенами еще одной бюрократической структуры – ЕВФ. Финансироваться данная структура будет за счет налогов взносов стран, испытывающих экономический кризис и/или имеющих большой государственный долг. Например, согласно предложенной схеме, в 2009 году Греция должна была бы кашлянуть 0.65% ВВП на содержание неких бюрократов. В перспективе Греция сможет получить эти деньги назад, возможно даже с процентами, но уже на условиях, определенных этими бюрократами. Причем совсем непонятно, почему Греция или любая иная страна, испытывающая трудности с бюджетом сейчас, должна куда-то вносить деньги, когда эти деньги нужны им уже прямо сегодня. Что они там курят?!

По прикидкам специалистов сценаристов, если бы данная система была утверждена одновременно с введением евро, то бюрократы уже награбили насобирали бы денег на приблизительно 120 млрд евро, чего якобы должно было бы с лихвой хватить на любую евро-страну среднего пошиба, не говоря уже о Греции.

Инвестироваться эти миллиарды евро, очевидно, будут в немецкие государственные облигации, способствуя снижению процентных ставок для немецкой экономики за счет растущих процентных ставок во всех остальных странах. Т.е. греческие 6.5% вложим в немецкие 3.5% и на эти три процента будем жить. А в процессе сможем еще решать, кто когда где и с кем будет ходить строем. Но ничего личного – всего лишь финансовая дисциплина.

Между прочим в других суверенных странах, сохранивших собственную валюту и имеющих сравнимые с Грецией дефициты бюджетов и размеры долга, процентные ставки уверенно снижаются или уже давно находятся у нуля. Вот в США, например, несмотря на рекордные дефициты средняя процентная ставка достигла исторического минимума в 2.548%. А в Японии процентные ставки давно уже стали ошибкой округления.

Кстати, пара кликов выявили всю подноготную наших интеллектуалов: первый защитил докторскую диссертацию по экономике в Чикаго, второй с 1990 года, не приседая, работал в инвестиционных банках, включая 10 лет в Золотом человеке. Так что опять ничего личного – только бизнес. Качественный и успешный.

В одном уважаемые авторы безусловно правы:

The Stability Pact, which was meant to prevent such problems, has manifestly failed. It is now time to look for a new framework that allows the Union to deal with the possibility of failure of one of its members.

К сожалению, предложенный ими подход отдает плесенью 40-летней давности – ничего нового в нем нет.

А к вопросу о МВФ Скромное мнение вернется в сиквеле.

300


8 марта 2010 г.

Спарта. Город, рождавший воинов. Культ тела, культ бесконечных тренировок, позволявших добиваться фантастической выносливости, потрясающее владение оружием и неспособность к любым другим занятиям, потому что спартанцев с детства учили быть воинами и более никем (источник)

Отважные сыны Греции, работающие в министерстве финансов, встали на пути вражеских орд дикарей, стремящихся поработить родные земли. Их дикие вопли с каждым днем приближались все ближе и звучали все сильнее:

Греция должна продать (отдать нам) свои острова, чтобы избежать банкротства. Мы купим их Акрополь и Парфенон и потом согласны сдать назад в аренду

… кричали дикари с севера. Вандалы из Золотого человека за небольшой процент с награбленного также готовы были присоединиться. Но триста воинов вышли им навстречу и выстояли. И даже вестник не умер, принеся эту новость в Афины. И город продолжает стоять в веках, а Акрополь и Парфенон сохранили свои греческие названия.

Греция победила.

Она смогла успешно выпустить 10-ти летние облигации, показав всем фигу, что нация еще в состоянии одолжить деньги. Все, у кого уже давно не осталось ни грамма совести, похвалили и похлопали Грецию по плечу. Проблема решена и теперь можно расслабиться.

Скромное мнение никоим образом не пытается защитить Грецию. Обманывать других всегда было плохо. Но это уже произошло, и переживать по этому поводу могут только ультра-правые политики-имбициллы, обнаглевшие банкиры-инвесторы, а также религиозные фанатики чикагского и австрийского толка. К сожалению, все эти элементы в чрезмерном избытке присутствуют в любой стране.

Но кризис за окном еще не закончился, и пока горит дом, рано искать виновного в пожаре. А уж в том, что глобальный финансовый кризис случился таким, как он есть, Греция категорически не виновата. Спрашивать стоило бы у немецких банков, которые начали разваливаться уже в далеком августе 2007 года. Вот уж у кого точно “рыльце в пушку”.

Текущий кризис показал, насколько неадекватной является система евро, полностью лишающая страны еврозоны экономической свободы и в лучших традициях МВФ погружающая их в хаос процикличных экономических мер. Скромное мнение уже уделяло этому вопросу внимание, хотя пункт с МВФ пока еще остается в списке “к рассмотрению”.

Также текущий кризис раскрыл полное отсутствие минимальной политической воли и лидерства, остатков совести и этики у всего, имеющего отношение к исполнительной, законодательной, а частично и судебной ветвей власти - полный интеллектуальный и этический паралич самопровозглашенных политических элит. Греческая проблема имеет(ла) множество простых и легких решений. И когда пожар был бы погашен, тогда и можно было бы заняться поиском причин произошедшего и путей их устранения. А пока и Грецию сделали виноватой во всех смертных и проблем никаких не решили, а только создали новые. Достаточно спросить любого грека о том, что он думает о Германии, и наоборот. Но вернемся в воды экономические и посмотрим, на что же именно немцы подписывают Грецию и некоторые другие страны еврозоны.

Начать стоит с самого простого – национальных счетов. Предыдущий экскурс в основы макроэкономики вызвал определенные вопросы, и это есть хорошо. Скромное мнение хотело бы надеяться, что часть вопросов получит свои ответы сегодня.

Итак, в экономике в любом бухгалтерском периоде суммарные расходы равны суммарным доходам, и представляют собой ВВП. В аналитических целях экономику можно разделить на любое количество частей, но суммарные расходы всегда будут равны суммарным доходы. Этот вывод является следствием принципа двойной запаси в бухгалтерском учете, который был придуман человечеством задолго до того, как на этой планете появились города Чикаго и Гарвард.

Стандартным аналитическим делением экономики является деление на национальный частный сектор, государство и зарубежный сектор. В свете расходов и доходов в ВВП это деление выглядит следующим образом:

Баланс национального частного сектора + Баланс зарубежного сектора + Фискальный баланс государства = 0

Следствием любого деления экономики является то, что если один сектор тратит меньше своего дохода, т.е. имеет профицит, то какой-то другой сектор в экономике обязательно должен находиться в дефиците.

В прошлый раз Скромное мнение приводило секторальные балансы экономики в следующем виде:

(S - I) = (G - T) + (X – M)

где (S – I) описывает баланс частного сектора, (G - T) – баланс бюджета, (X – M) - баланс счета текущих операций. Для полноты изложения: S есть сбережения, I – инвестиции, G – расходы государства, T – налоги, а (X – M) представляет собой чистый экспорт.

Экономисты-дилетанты из Чикаго и Гарварда, любящие демонстрировать свою математическую ловкость, измываются над этим равенством как могут, выражая то одну, то другую переменную через все остальные и при этом делая такой важный вид, как будто их ловкость несет какой-то экономический смысл. Скромное мнение не собирается так глубоко копать и отметит только, что с точки зрения государства (правительства) единственным секторальным балансом, который от него непосредственным образом зависит, является баланс бюджета, т.е.

Баланс национального частного сектора + Баланс зарубежного сектора = - Фискальный баланс государства

или

(S - I) + (M - X) = (G - T).

Представленные в таком виде национальные счета указывают на роль государственного бюджета в экономике, а именно удовлетворение потребностей частного сектора в сбережениях.

Посмотрим теперь, что же такого требуют от Греции толстосумы из Франкфурта и Брюсселя. Вводные данные: начальный дефицит бюджета – около 12%, экономика – ни туда, ни сюда, цель – дефицит бюджета не более 3%.

Задачу графически можно представить следующим образом. На вертикальной оси изображены баланс частного сектора и дефицита государственного бюджета, на горизонтальной – объем ВВП. Дефицит бюджет зависит от ВВП, и чем больше ВВП, тем больше налоги и тем меньшим является дефицит бюджета. Таким образом падающие наклонные линии красного цвета показывают зависимость баланса бюджета от ВВП. Сбережения частного сектора увеличиваются с ростом ВВП, что демонстрируют восходящие зеленые линии. Любая точка по вертикали соответствует равенству секторальных балансов, т.е. дефицит одного сектора (государства) всегда равен профициту другого (частного) сектора.

image

В данный момент Греция находится в точке А, где дефицит бюджета равен приблизительно 12%. Самым безболезненным и кооперативным вариантом развития экономики является движение в точку А’, что потребует изменения поведения – сдвига кривой – частного и государственного сектора. Такой вариант является возможным при реализации какой-либо политики, стимулирующей частный сектор тратить бОльшую часть своих доходов, что, очевидно, требует времени для реализации.

Толстолобые политики еврозоны дать это время Греции не хотят и требуют от нее конкретный план действий уже сейчас. Правительство Греции им такой план даст, который будет заключаться в надежде попасть в точку Б с дефицитом бюджета 3%, где поведение дефицита бюджета меняется (сдвиг красной линии), но поведение частного сектора остается прежним (движение вдоль зеленой линии).

Безусловно, сценариев развития событий существует бесконечное множество, но в ситуации, когда государство играет роль плохого полицейского, очень наивно предполагать, что частный сектор вдруг начнет играть с государством “в кооператив”. Надежда, конечно, умирает последней, но ожидания того, что в существующих условиях поведение частного сектора не изменится, представляются крайне беспочвенными. Следовательно зеленая линия также сместится, но, очевидно, не в сторону увеличения расходов (вниз), а в сторону роста сбережений (вверх). Экономика, в таком случае, попадает в точку Г, где падение ВВП будет намного бОльшим, чем будет представлено в оптимистичных прогнозах правительства. При этом баланс целевого бюджета должен будет проходить через точку В, т.е. предоставленные в Брюссель планы должны будут указывать на изменение фискального баланса в сторону профицита бюджета, который затем за счет автоматических стабилизаторов (пособий по безработице и т.п.) будет вытеснен в сторону дефицита (точку Г) при продолжающемся падении ВВП. Естественно, что население Греции не радо такому падению уровня жизни и поэтому бастует.

Но о чем же весь этот сыр-бор?

О правилах еврозоны, ограничивающими дефицит бюджета тремя процентами и, как следствие, ограничивающими рост сбережений частного сектора этими же тремя процентами. Наивно? Бесконечно. Глупо? Однозначно.

Для экспортно-ориентированной экономики Германии данное правило является не такой большой проблемой (хотя еще недавно они сами мучились), поскольку положительный баланс зарубежного сектора (экспорт) берет на себя часть забот бюджета по удовлетворению потребностей национальной экономики в сбережениях, и таким образом может позволить экономике расти.

У импортирующего государства Греция, также желающего наслаждаться растущей экономикой, выбор остается очень простым и одновременно очень сложным: либо наращивать экспорт, либо загонять национальный частный сектор в долги, т.е. заставлять его тратить больше своих доходов.

С экспортом все понятно и в условиях фиксированного обменного курса это является очень непростой задачей, требующей кардинальной перестройки экономики и, как следствие, много времени. С частным сектором тоже все понятно и опять же не так просто: США, начиная с Клинтона, без остановки применяли подобный рецепт, и в итоге не только США, но весь мир пришел туда, где он сейчас находится. Поэтому грекам остается только форсировать разрушение национальной экономики, вынуждая национальный сектор сберегать меньше и через падение уровня жизни лишая его импортных благ. Добро пожаловать в еврозону – узаконенную систему государственного садомазохизма.

Между прочим, учитывая то, что баланс текущего счета еврозоны традиционно был вполне нейтральным, то импортирующие Греция, Испания, Португалия и т.д. спасали от полного развала экспортирующую экономику Германии:

image

Но об этом, конечно, в Германии никто не говорит. Они могут тихонько продолжать издеваться над Грецией и другими, но если не будут предприняты кардинальные меры по реформе фискально-монетарной системы Евросоюза, то час расплаты рано или поздно придет. Например, в следующий кризис, который с текущим состоянием дел не заставит себя долго ждать.

Причина? В рамках секторальных балансов еврозона является исключительно оптимистичным строением.

Нарисуем по вертикали состояние фискального баланса, а по горизонтали – баланса счета текущих операций. Тогда диагональная линия соответствует нейтральному балансу национального частного сектора, т.е. торговый баланс полностью транслируется в результат фискального баланса. Верхний красный треугольник соответствует дефициту баланса национального частного сектора, а нижний зеленый треугольник – профициту этого баланса. Разрешенный правилами еврозоны лимит фискального баланс в 3% отмечен горизонтальной красной пунктирной линией. Штрихованый синий треугольник по середине – площадка для макроэкономических игр стран еврозоны, обеспечивающая им экономическую стабильность:image

Любые иные сценарии рано или поздно приводят к экономическому кризису.

Не густо, скажите вы. И будете правы.

Так что облигации-то греки продали, но проблем это никаких не решило. Более того, проблемы еврозоны греки решить и не могут, хотя их собственные проблемы решаются достаточно просто – выходом из еврозоны. И чем дольше текущая ситуация будет затягиваться, тем ближе этот день будет становиться. А любые меры по фискальной консолидации (и падению ВВП) только приближают момент дефолта. Но надежда умирает последней…