Подпишитесь!

Размышления о макроэкономике и спекуляциях

Неолиберальные сюрпризы


8 августа 2010 г.

Слово “сюрприз” происходит от … сюрприз-сюрприз … французского surprise. Толковый словарь Ушакова определяет “сюрприз” как неожиданную новость, подарок. Скромное мнение не уверено на счет подарка, но прошедшая неделя преподнесла неолибералам два неожиданных то ли сюрприза, то ли новости, то ли два очередных подтверждения глупости их теорий.

Во-первых, доходности по 10-летним государственным облигациям Японии впервые с 2003 года упали ниже 1%, в то время как 2-летние государственные облигации США также фиксировали новый исторический рекорд рекорд, упав ниже 0.5%.

Во-вторых, по всему интернету растиражировали “сюрприз” про “плачевное” состояние корпоративных балансов, несмотря на огромные объемы прибыли и кэша на балансах. Якобы долги компаний растут чуть ли не быстрее, чем кэш, и поэтому рост рынка – журналистская фантазия, и рынок на самом деле должен падать.

Скромное мнение посчитало такой поворот событий хорошей возможностью прокомментировать данные сюрпризы, тем более что они связаны друг с другом, а также кратко выразить свое рыночное мнение относительно ближайших перспектив.

Первый “сюрприз” является сюрпризом для тех, кто не понимает, что Япония или США – это не Греция, т.е. не понимает основы функционирования современных денежных систем. Скромному мнению непонятно, на каком основании этих клоунов выпускают в медиа-эфир, но этими процессами, видимо, движет идеология, а страх – лучшее оружие идеолога.

США и Япония являются монопольными источниками долларов США и японских йен, на которые частный сектор покупает государственные облигации.

В соответствии с принципом двойной записи бухгалтерского учета любой финансовый актив всегда создается одновременно с компенсирующим его пассивом (аналогично паре частица-античастица в физике). Когда государство создает деньги, они отдает актив в распоряжение частного сектора, оставляя пассив себе, чем увеличивает чистые финансовые активы (активы минус пассивы) частного сектора. А когда государство продает облигации, оно обменивает одни свои обязательства (государственные деньги) на другие (облигации). Поэтому для частного сектора операция продажи государственных облигаций является нейтральной в отношении его чистых финансовых активов.

Государственные облигации невозможно купить за монетаристские денежные агрегаты типа M3, которые создаются частным сектором сверх государственных денег и независимо от них. Когда частный сектор создает “деньги”, то и актив и пассив остаются в пределах частного сектора, не изменяя его чистые финансовые активы. Государство не продает свои финансовые активы за обязательства частного сектора. Поэтому при покупке облигаций любой доллар, рубль, йена из агрегата М3 “меняется” финансовым сектором на государственные деньги (банковские резервы центрального банка), на которые государственные облигации и приобретаются.

Откуда в частном секторе берутся государственные деньги? Самым главным образом – из дефицитов бюджетов, т.к. дефицит бюджета по определению является профицитом частного сектора. Не хотите покупать облигации, приносящие процентный доход? Тогда держите при себе наличные или остатки на текущих счетах в банках, но в последнем случае ваш процентный доход будут присваивать себе банки. Чему равен этот процентный доход? Тому, что государство согласилось платить, несмотря на то, что современный финансово-институциональный аппарат пытается этот факт исказить. Принципиальным следствием этого факта является то, что выплачиваемый процентный доход по государственным облигациям является добровольной дотацией за счет бюджета финансовому сектору, как основному получателю этого дохода.

Так как Греция не является монопольным источником евро, а их пользователем, то Греция вынуждена занимать евро на рынке на общих основаниях, в число которых входит кредитоспособность заемщика. Поэтому Греция вынуждена платить рыночную процентную ставку, в отличие от суверенных государств.

Рекордно-низкие и низкие доходности по государственным облигациям стран, сохранивших собственный монетарный суверенитет, являются сюрпризом только для неолиберализма, где финансовые рынки якобы управляются теорией ссудного капитала. В реальном же мире финансовые рынки функционируют совершенно иначе. И поскольку сокращение дефицитов бюджетов и в США и в Японии в ближайшее время не планируются, то еще много сюрпризов с низкими доходностями ждет неолибералов. Их единственной психологической защитой станет фантазия о том, что “сейчас – еще нет, но вот скоро …”. Вот такая у них экономическая теория!

Следующим тупиком развития неолиберальной цивилизации является упрямство рынков акций, которые растут вопреки росту задолженности, финансового рычага и иных статистических данных корпоративных балансов, т.е. вопреки всем законам вселенной. И вновь предрекатели предрекают, что не пройдет и пары неких временных отрезков, как сразу наступит конец света, и люди поймут, насколько сильно они ошибались. “Они” – это люди, а не предрекатели. Аргумент страха перед некими высшими законами на лицо, но законы-то взяты из неолиберальной вселенной и не действуют в нашей вселенной!

Все, что интересует цены на акции, это будущая прибыль компаний. С рычагом она получается или нет, с плачевными балансами или нет, с кэшем или нет – вопросы вторичные. Если прибыль устойчива и растет, то растут и цены на акции. И прибыль компаний уже третий квартал подряд демонстрирует неолиберальные сюрпризы, поток которых пока не собирается прекращаться (на графике показан поквартальный рост прибыли компаний из индекса S&P500; вертикальная оранжевая пунктирная полоса указывает на текущий квартал):

image

Даже 4 года назад (16 кварталов на графике) в хваленые времена всеобщей стабильности и радости, корпоративная прибыль не показывала таких уровней роста, хотя акции были почти в полтора раза выше, чем сегодня.

Причин у такой прибыльности корпоративного сектора, несмотря на кровоточащую экономику, две.

Первая причина – это практическая реализация главной идеологии неолиберализма, заключающейся в рабском отношении к человеческому труду, производящему корпоративную прибыль. Безработица нынче высока и падать не собирается, что позволяет корпорациям творить все, что они захотят. Поэтому расходы на оплату труда в нефинансовом секторе экономики падают историческими темпами:

image Но это не тот антирекорд, о которым “чэсные” журналисты твердят на каждом углу.

Вторая причина – это дефицит бюджета. Для неолиберализма, который никогда не был силен в понимании даже простейших секторальных балансов, – это честный сюрприз. Ведь если государственный бюджет исполняется с дефицитом в 10%, то эти деньги не испаряются на луну, а в силу секторальных балансов являются доходом частного сектора – национального частного сектора и/или зарубежного.

В начале любой рецессии/депрессии первичным получателем расходов бюджета являются домохозяйства, в пользу которых действуют автоматические стабилизаторы бюджета (рост социальных трансфертов). Если рецессия затягивается (обычно), то фирмы успевают произвести адаптацию (в первую очередь посредством сокращения инвестиций и роста производительности труда), и тогда дефициты бюджета все больше и больше оседают в прибыли корпоративного сектора, которая растет, даже несмотря и вопреки истекающей кровью экономики.

Поскольку изменений в макроэкономической политике США в ближайшее время не предвидится, то прибыль корпоративного сектора будет расти и далее, а в отсутствие внешних шоков и рынок акций будет расти вместе с ней. Также как и рынок облигаций, на котором будет оседать существенная часть зарабатываемой прибыли, не находящей себе иного применения.

С другой стороны ухудшение экономической ситуации может привести к широко обсуждаемой нынче программе количественного облегчения “версия 2”. На реальную экономику эта версия, как и первая, будет иметь нулевое значение, но на цены финансовые активы, безусловно, вырастут.

По мнению Скромного мнения все это говорит в пользу того, что рынок акций будет продолжать расти и вполне может установить в этом году новый максимум.

И последний вопрос на сегодня – это курс евро к доллару.

Событием, которое остановило форсированный дефолт в еврозоне и возможный распад евро, стало участие ЕЦБ на вторичном рынке государственных облигаций. Объявление о создании каких-то фондов стабилизации было, как говорят англо-американцы, не-событием. Насколько известно Скромному мнению еще пару недель назад хваленый фонд не был ратифицирован всеми странами еврозоны, что говорит о том, насколько он чудодейственен. Поэтому именно участие ЕЦБ стало переломным в развитии неконтролируемой паники, а желающие поспорить с твердостью ЕЦБ сразу же ретировались. На данный момент ЕЦБ является богом и может управлять волей стран-членов еврозоны к фискальной консолидации – ситуация категорически неприемлемая для демократических стран, но к чему стремились, то и получили.

Существенное падение курса евро к доллару с около 1.45 в начале года до 1.20 в середине дало толчок экспорту еврозоны и в первую очередь немецкому экспорту. Однако, экспорт ведет к росту курса, что ведет к падению экспорта, и так далее по кругу. Скромное мнение считает, что эффекты текущего роста курса евро начнут сказываться у уровней 1.35-1.40, что может позволить вынести курс евро до 1.45-1.50 перед тем, как он начнет опять падать. И далее по кругу.

Существует три фактора, придающие пикантности ситуации с евро. Первый фактор – это фискальная консолидация в еврозоне, которая несет в себе сильные дефляционные силы, стимулирующие рост обменного курса. Но фискальная консолидация в еврозоне только начинается, и поэтому ее эффекты появятся в лучшем случае через полгода. Второй фактор – это уже практически ожидаемая программа количественного облегчения “версия 2” в США. В случае ее принятия евро вырастет по отношению к доллару. Третий фактор – это поведение импортеров европейских товаров, что, как говорили ранее в администрации президента США, является “неизвестной известной”.

Вывод.

В интересные времена живем, товарищи неолибералы. Несмотря на все прогнозы неизбежного апокалипсиса, поведение рынков является вполне рациональным, если без идеологической подоплеки пытаться понять процессы, которые движут ими.

В отсутствие новых шоков Скромное мнение ожидает дальнейшего роста рынка акций с очень вероятным обновлением максимумов этого года. Облигации также будут еще не раз радовать неолибералов своими рекордами.

Евро сейчас находится на четко восходящей траектории, и, учитывая множество дефляционных факторов и намерения ЕЦБ, уровень в 1.19, скорее всего, станет минимум по отношению к доллару. Поведение обменного курса евро к доллару будет очень волатильным для двух основных мировых валют, что при правильном позиционировании может сулить серьезные неолиберальные деньги.

6 комментариев:

  1. СМ, вот вы пишите расходы на оплату труда в нефинансовом секторе экономики падают историческими темпами...

    Может это связано с рекордным уровнем задолжности

    FED and Commerce Department data reveal that gross domestic debts of nonfinancial corporations now amount to 50% of GDP. That's a postwar record. In 1945, it was just 20%. Even at the credit-bubble peaks in the late 1980s and 2005-06, it was only around 45%...

    ОтветитьУдалить
  2. Larry, это вопрос из потоков и объемов :)

    Зарплата - это поток, который описывается отчетом о прибылях и убытках. Задолженность - это объем, который описывается корпоративным балансом. Они связаны, т.к. поток в принципе создает объем, но друг с другом напрямую их сравнивать нельзя. Кроме того, с рекордным уровнем задолженности корпораций связан иной поток, а не зарплаты.

    Навязывамая сейчас связь с зарплатами демонстрирует непонимание секторальных балансов. Рост задолженности частного сектора после войны связан в первую очередь с недостатком чистых финансовых активов (рычага), т.е. недостаточными дефицитами, не говоря уже о профицитах бюджета

    ОтветитьУдалить
  3. Послеобеденное дополнение :)

    С другой стороны private equity, а также mergers & acquisitions постороены на долгах. Корпоративный сектор уже давно скатился к жертвам долгосроных перспектив в пользу квартальных результатов. Рост задолженности выступил элементарным арбитражем стоимости капитала и стоимости заемных ресурсов, что позволяло улучшить квартальные результаты. Естественно это было связано с ростом риска бизнес-цикла. Неолиберальное использование процентных ставок как инструмента регилурирования бизнес-цикла позволяло перезапускать бизнес-цикл относительно быстро, если процентные ставки понижались. Это действовало до тех пор, пока ставки не уперлись в ноль. Теперь, когда бизнес-цикл уже не перезапускается, начинают искать козлов отпущения. Естественно, им становится рабсила как самый безголосый участник. Несмотря на то, что рабсила никакого отношения к этим процессам не имела. Идеология в чистом виде.

    ОтветитьУдалить
  4. Есть вопрос, который давным-давно терзает рунет. Ответы на него многочисленны, лаконичны, разрозненны, противоречивы и в виде отдельной статьи мне не встречались ни разу.

    Большой (или небольшой) дефицит бюджета США и долг (внешний, внутренний) - это плохо? Если плохо - насколько? Находится ли финансовая система США под угрозой катастрофических событий, которые приведут к коллапсу её основных функций? Какие события можно прогнозировать с учётом цифр федерального дефицита и долга? Как на ситуацию влияют дефициты и долги отдельных штатов? Как вписывается в ситуацию прогнозируемый дефицит Medicare/Medicaid/SocialSecurity?

    Тот же вопрос - относительно внешнеторгового дефицита (дефицита текущего счёта) всей страны. Что это, технически? К чему приводит? Насколько опасно? Что с этим можно делать, в теории? И нужно ли что-то делать, и если да - как скоро?

    Влияют ли различные дефициты и долги на обменный курс доллара к другим валютам?

    В общем, срочно нужен FAQ. )

    ОтветитьУдалить
  5. СМ, сорри за оффтоп, но видимо федералы тоже читают ваш блог :-)

    ОтветитьУдалить
  6. Поддерживаю necromana в этих вопросах. Хотя по прошлым статьям ваше отношение более-менее понятно, но посвятить этому отдельную статью было бы неплохо

    ОтветитьУдалить